#живые

«Нужно держаться, как бы власти не искушали самовыпилиться» О локальном СМИ, которое старается сохранить себя и здравый смысл

26 июля 2022
Текст выходит в рамках серии публикаций «Живые». В ней мы рассказываем о региональных и локальных редакциях, медиапроектах и журналистах, которые продолжают делать своё дело после 24 февраля, оставаясь в России. Как? Зачем? Ради чего? Мы спросили. Это рассказ редактора о том, как независимое региональное СМИ переживают лихие времена и сохраняет работоспособную редакцию.

Печальная действительность такова, что мы вынуждены заботиться о безопасности наших собеседников. Мы хотим предельно откровенного и честного разговора с ними, поэтому готовы сохранять полную анонимность, не упоминая имён, названий, локаций. Все кажущиеся совпадения вам кажутся. Потому что неважно, кто. Важно — КАК и ЗАЧЕМ.

Однако, если опыт кого-то из героев серии «Живые» вас заинтересует, вы сможете связаться с ним и пообщаться лично. Для этого познакомьтесь с правилами проекта.

Пока рядом пылает рукотворный ад

— Все ваши вопросы одновременно и не требуют ответов, и в них нуждаются. Дело в том, что в работе нашей редакции не изменилось практически ничего. Вот так. Можно даже сказать, совсем ничего. 

Добавился очередной идиотизм в копилку мудаческих официальных запретов. К национальностям и суицидам, которых типа нет, каким-то критиническим образом приволокли войну, которая типа «операция». Хлопки и задымления, что называется, курят в сторонке. Но эти идиотизмы в отечественной журналистике и без того регулярно обновляются на протяжении последних двадцати лет, так что…

Так что, ничего не изменилось в работе редакции. Но изменилось вообще всё вокруг. Первые месяцы ада, отрицания, апатии, ощущения ничтожности… Всё это «добро» (и многое другое) в менее агрессивном и ярком виде, но ещё сохраняется в голове.

Через него проходит вся работа лично у меня. И это адски сложно. Это как шутить шутки на похоронах близкого родственника, наверно. Что-то такое.

Попытки убежать от происходящего, зачистка лент друзей в соцсетях, обрывы каких-то контактов, ссоры и ругань с близкими, черпающими патриотизм из зомбоящика. Думаю, у многих такая хреновина происходила. А может, до сих пор происходит. Но в итоге, как в тех стадиях принятия, всё равно наступает принятие. И вот мы продолжаем существовать, пока где-то — совсем рядом — пылает рукотворный ад.

Рисунок Макса Сечина
Читайте также. «Сейчас мы работаем на „умную аудиторию“ — недоверчивую, критичную, привыкшую читать первоисточники» История сибирского телеграм-канала, который делается между подработкой, уборкой и готовкой

Режим выживания

Мы работаем, чтобы не умерло СМИ. Какие-то рекламодатели отвалились, какие-то пришли.

Уход напрямую связан с происходящим после 24 февраля. У многих компаний включился режим выживания, который предусматривает сокращение расходов, в том числе, на рекламу.

Что касается новых рекламодателей, то в основном это монополисты. Всякие МТС, подразделения газовиков и так далее. По моим наблюдениям, они стали увеличивать своё присутствие в принципе в большинстве региональных СМИ нашего региона. С чем это связано — не знаю. Хочется верить, что к нам пришли потому, что у нас всё круто и интересно (по посещаемости мы одно из передовых изданий), но, сдаётся мне, всё же дело в усиленном освоении бюджетов.

Ни региональных, ни федеральных грантов у нас нет и, думаю, не будет. Как и денег по стартовавшей предвыборной кампании, где все уже поделили и активно осваивают финансовые потоки через свои кормушки.

У издания есть основной спонсор — компания-владелец, которая «добивает» сумму, необходимую для существования СМИ. Изначально разница сумм, получаемых от рекламы и от владельца, была не в пользу рекламы. Но, особенно в последние годы, всё сильно изменилось. Доля рекламы в обеспечении работы СМИ выросла. Удивительно, но пока происходящее на этом не сказалось, соотношение сохраняется. Может быть, всё катится (к чертям) по инерции. Наверное, так и есть. Ближе к концу года, когда обычно заходит речь о перезаключении или продлении договоров, ситуация будет понятнее.

Сохранить СМИ — это как сохранить ребенка. Нашему уже много лет. Много чего переживали, не хотелось бы допустить его гибель в самый разгар этого ада.

Конечно, прежде всего — это сохранение рабочих мест. В регионе большое количество электронных изданий, но это, к сожалению, не говорит о наличии большого выбора для журналистов, которым не хотелось бы превращаться в прислугу для власти.

Рисунок Макса Сечина
Читайте также. «Почти четыре месяца мы живём каждый день, как последний». О независимом авторском интернет-журнале «Люди Байкала»

С точки зрения здравого смысла

В редакции обсуждаем происходящее. Был, например, вариант, замутить что-то вроде акции «нет войне». Блин, жесть, конечно, как за короткий промежуток времени власти умудрились изнасиловать этот пацифистский слоган, какие извращённые смыслы ему приклеили своими кровавыми соплями… Ну, короче, были такие варианты, но итог их предсказуем — закрытие СМИ, лишение журналистов работы, отъезд, видимо, немногих оставшихся из региона. В общем, не очень такой вариант разумный, с точки зрения здравого смысла в данной конкретной ситуации.

У нас хоть и не провластное СМИ, но и не идейное какое-то. Поэтому оно мне и нравится. Я бы его назвал изданием здравого смысла. Здравый смысл подсказывает, что нужно держаться, как бы власти не искушали самовыпилиться из медийного пространства.

А безумие и идиотизм происходящего, я считаю, вполне можно показывать, просто сообщая о том, что творят эти ребята и чем это оборачивается.

Проект «Живые» — это откровенные монологи о том, как живут и работают региональные и локальные медиа после 24 февраля. Мы сохраняем анонимность наших собеседников, если это для них важно. Если вы хотите узнать больше об опыте издания из этой публикации, прочитай правила проекта.