#Вопросы этики

«Объективность – самая тонкая деталь в нашей работе» Журналисты отвечают на наивные вопросы о нейтральности

01 июля 2020
Каждый журналист сталкивается с ситуацией, когда приходится чуть ли не хватать себя за руку при создании материала о волнующей теме. Потому что рука тянется написать что-то субъективное и эмоциональное. Но приходится работать.

Этот материал появился благодаря общению с людьми не из журналистского сообщества. Я попросил своих друзей рассказать о том, что в журналистской работе волнует именно их. Тема нейтральности и объективности журналиста оказалась одной из самых волнующих. Ещё одно субъективное наблюдение: она гораздо чаще обсуждается аудиторией, чем самими журналистами. Разрушаем эту тенденцию — даём слово пишущим.

Может ли быть журналист оппозиционным и провластным или он должен быть только нейтральным? И что делать, когда собственная позиция мешает работе? Эти вопросы мы задали нашим коллегам из разных регионов.

Александр Тихонов, редактор «7×7», Ярославль: Можно иметь взгляды, но не переносить их на свою работу

Александр Тихонов

— Было бы странно отказывать журналисту в праве иметь те или иные политические взгляды — это похоже на дискриминацию по профессиональному признаку и противоречит базовым нормам о правах человека. Поэтому, разумеется, журналист может придерживаться любых взглядов. Другое дело, что это не должно препятствовать его работе — вне зависимости от воззрений, журналист должен объективно и беспристрастно рассказывать о фактах и событиях. Когда он начинает использовать свою работу в политических целях, для продвижения тех или иных взглядов, он превращается в пропагандиста или агитатора.

Я глубоко убежден в том, что одновременно заниматься журналистикой и политикой нельзя — нужно выбирать что-то одно

Вряд ли существуют какие-то универсальные критерии для оценки объективности журналиста. Но чтобы попытаться это сделать, следует обратить внимание на контекст, в котором он работает журналист, и на то, как преподносит факты в разных ситуациях. Если находятся различия в его работе в разные периоды времени, стоит задуматься о причинах.

Анна Мухина, корреспондент ИА «Свободные новости», Саратов: Нейтралитет в том, чтобы показывать все стороны жизни

— Надо стараться сохранять нейтралитет. Вопрос, конечно, как это сделать? Я, например, с недавнего времени ненавижу фонтаны, потому что их пихают куда только можно. Например, облагораживают дикий парк за домом — вычищают пруд, в котором раньше можно было купаться, а потом там пластика стало больше, чем камышей. Ему бетонируют набережную и планируют воткнуть туда три фонтана. Я, честно говоря, оставила бы просто пруд — там жили утки и беложопые чёрные водяные курицы, дай бог памяти, как их зовут… Фонтаны раздражают потому, что их за последнее время наворотили просто везде, при этом в городе — задница с водопроводом, с канализацией, ливнёвками и очистными сооружениями. Вот как тут сохранять нейтралитет?

Анна Мухина

Или возьмем переселение из ветхого и аварийного жилья? Это же благо? Благо. Но зачем переселять в первую голову жителей крепких пятиэтажек, когда в городе полно старых бараков, в которых ни воды, ни отопления, старая проводка, промерзающие стены и вообще эти бараки должны были снести ещё лет через пять после постройки, а они стоят уже больше семидесяти лет? Люди, радующиеся фонтанам и переселению на этом фоне вызывают у меня оторопь.

Как сохранять нейтралитет тем, кто работает в провластных изданиях, не знаю. Да и как измерить объективность журналиста, тоже понимаю не очень. Глубину колодца или реки можно измерить эхолотом, а объективность — чем? Всё-таки мы субъекты, причём каждый со своим взглядом на мир и своим центром вселенной, откуда любые события видятся очень по-разному. Наверное, попытку посмотреть на мир с разных сторон, чужими глазами даёт использование множества мнений. Разных героев, разных экспертов, разных историй. Тогда из кусочков пазла можно собрать приблизительную картинку. 

Наверное, нейтралитет как раз в том, чтобы показывать все стороны жизни. Туалетной бумаги у нас нет, как бы говорит нам власть, но есть наждачная. Ну и тут было бы неплохо достать эксперта, который скажет, что наждачкой жопу вытирать так себе удовольствие

Плюс использование лексики, конечно. Лексика должна быть по возможности нейтральной. Не как у Киселёва, да, когда только от используемых слов кровь из ушей начинает идти. Всё непросто, в общем. Но можно стараться отделять себя от темы.

Меня почти все мои темы трогают до глубины души. Про некоторые очень страшно писать — особенно, если это касается споров вокруг детей и обвинений в недоказанных преступлениях, я всё-таки не следственные органы… Тема сочетания журнализма и активизма близка мне не только потому, что я, например, за любую движуху, гражданскую активность, митинги и прочее. У меня младшая дочь болеет сахарным диабетом первого типа. И иногда приходится стоять в пикетах, писать и подписывать коллективные письма. Потому что если не я, то кто же? При этом от необходимости писать и рассказывать про проблемы с инсулином, с которыми сталкиваются диабетики, меня никто не избавляет. Стараюсь работать с другими регионами, если пишу на «федералку». Если тема остается в рамках региона, отдаю её на откуп коллегам, потому что — конфликт интересов. Всё-таки журналист — не активист. 

Я также против того, чтобы журналисты — независимые журналисты — состояли в каких-либо политических партиях и т. п., потому что партийная дисциплина может идти вразрез с требованиями профессии.

Евгения Сибирцева, редактор «7×7», Вологда: Нейтралитет — основа профессии

— Журналист однозначно не может быть оппозиционным или провластным, нейтралитет — основа профессии, особенно когда речь идет о политике (мы же её имеем в виду, употребляя слова «оппозиционный» и «провластный»).

Евгения Сибирцева

Вопрос о том, как измерить объективность, одновременно и лёгкий, и сложный. Обычно о ней начинают говорить, когда материалы касаются каких-то проблем. Лёгкий, потому что: вот она, объективность, казалось бы, — опубликовал все точки зрения. А сложный, потому что всегда найдутся те, кто не принимает чужую точку зрения и не способен мыслить критически. Для таких людей само присутствие в материале точки зрения, не совпадающей с их мнением, уже — признак необъективности. И с этим ничего не поделать — ты не можешь наделить людей критическим мышлением.

Есть ещё одна причина, почему объективность — это сложно. Ты же играешь и другие социальные роли. Журналист — твоя работа, а ты при этом и пациент, и покупатель, и пассажир, и прочее. И бывает сложно не переносить в свои материалы эмоции, которые ты испытываешь, «исполняя» эти роли

Иногда напишешь, потом перечитываешь, понимаешь, что переборщил, удаляешь что-то. Хорошо, когда есть коллеги, которые могут перечитать и объективно оценить, что лишнего понаписал. Мне в этом плане повезло, в «7×7» профессиональная команда и главный редактор, который вовремя напомнит «Женя, ты зачем за читателя вывод сделала? Не тупые, сами поймут».

Если что-то эмоционально задело, нужно делиться переживаниями. С коллегами, друзьями, супругом. В 21 веке для этого есть [ещё одно] отличное средство — ты всегда можешь написать пост на своей стене в соцсети, его могут поставить в блоги на сайт. В этом случае ты выступаешь не как журналист, а как житель, который пишет о какой-то проблеме. Иногда напишешь — и вроде бы полегчало.

Матвей Николаев, корреспондент «Новой новгородской газеты», Великий Новгород: Полной объективности не существует

Матвей Николаев

— Думаю, может [быть оппозиционным или провластным], потому что полной объективности не существует — все мы люди. Должен соблюдаться принцип двусторонности в работе над конфликтными материалами — опросить две стороны конфликта, привести их доводы. И нужны факты, а не оценки. Пропаганда, как правило, не во вранье — а в замалчивании чего-то. Объективность измеряется в количестве проработанных фактов и их изложении в тексте.

Денис Камалягин, главный редактор газеты «Псковская губерния», Псков: Объективный журналист всегда задает вопросы, и часто — самому себе

— Я считаю, что журналист может быть и оппозиционным, и провластным — но это работает в идеальной модели, где медиарынок в целом работает как партнёр или даже, скорее, как контролёр власти. Когда существует реальная политика и такие же реальные политические СМИ. В России такая система невозможна по понятным политическим причинам: контроль над СМИ, унижение СМИ, взаимоотношение «владелец — обслуга». В такой ситуации принятие той или иной политической позиции сразу становится выходом за пределы журналистики и переходом в пропаганду или антипропаганду.

К сожалению, скупка и закрывание рта независимой прессы, тот кошмарный поток елейной пропаганды вынуждает зачастую независимую прессу работать более радикально и переходить в стан оппозиции — слышат того, кто громче кричит. Поэтому обе стороны друг друга радикализуют, и в такой ситуации оставаться независимым крайне сложно

Хотя на мой взгляд, идеальный редакционный коллектив должен насколько это возможно сохранять свой нейтралитет. Политическому журналисту нужно выбирать: либо честно писать о политике, либо честно заниматься политикой. Знаю, что у ряда моих коллег другое мнение, но ещё раз говорю — в России, как и в ряде постсоветских стран, это несовместимо.

Денис Камалягин

Измерить объективность журналиста невозможно, это вообще самая тонкая деталь во всей нашей работе, как мне кажется. Объективность журналиста зависит лишь от его принципов и интеллекта. Объективный журналист умеет признавать ошибки и заявлять публично — а ошибаются все, иначе не бывает. Объективный журналист всегда старается представить версии всех сторон, пусть даже одна из сторон и откажет в комментарии. Объективный журналист работает по заданию своему и редакции, а не по просьбам властей или политических партий. Объективный журналист всегда задаёт вопросы, и часто самому себе — что он хочет сказать текстом? Я могу сказать, что когда мы пишем тексты, мы часто получаем категорически не те акценты, на которые опирались в начале — и это правильно, потому что объективный журналист не должен планировать, что у него получится на выходе, когда он соберёт всю информацию, не должен создавать себе рамки.

Что делать, когда тема трогает тебя самого, и невыносимо молчать? Это решение каждого. Для себя лично я в первую очередь журналист, и по правде-то говоря, моё мнение как политического активиста никому не нужно, как бы я ни хотел самовыразиться. Я в первую очередь журналист, и во вторую, наверное, тоже.