#живые

«Почти четыре месяца мы живём каждый день, как последний» О независимом авторском интернет-журнале «Люди Байкала»

23 июня 2022
Текст выходит в рамках серии публикаций «Живые». В ней мы рассказываем о региональных и локальных редакциях, медиапроектах и журналистах, которые продолжают делать своё дело, оставаясь в России. Как? Зачем? Ради чего? Мы спросили. Эта история — про сибирское интернет-СМИ, которое продолжает работать, несмотря на блокировку.

Печальная действительность такова, что мы вынуждены заботиться о безопасности наших собеседников. Мы хотим предельно откровенного и честного разговора с ними и поэтому в некоторых случаях не публикуем ни имён, ни названий, ни локаций. Однако наша сегодняшняя собеседница, редактор и автор «Людей Байкала» Ольга Мутовина, не сочла необходимым сохранять инкогнито.

Год назад они все жили в России

— Год назад вся наша команда, шесть человек, жила в России. Мы ездили по деревням и посёлкам, писали лонгриды о том, как живут люди в Сибири.

Сюжеты о том, как электрики зимой на морозе -48 градусов в тайге искал место обрыва проводов. В это время посёлок сутки был без света и тепла. Как без света и связи живёт единственная жительница деревни Таёжная Нэля Попова. Как иркутянка восстановила традиционный рецепт хлеба своих предков, голендров, это выходцы из Голландии.

Мы писали о людях, пострадавших от наводнения в Тулуне. О том, как полицейские пытали жительницу Усолья-Сибирского. О бывшем координаторе штаба Навального в Иркутске, которого обвиняют в участии в экстремистской организации.

Мы публиковали тексты и ожидали, что попадём в список иноагентов. Но 24 февраля случилось другое, что-то более страшное и глобальное.
Рисунок Макса Сечина

Двое сотрудников сейчас не в России, у них есть возможность работать удалённо. Четыре человека — три автора и фотограф — остаются в России.

Читайте также. «Пока я главред, я буду руководствоваться собственными представлениями о "допустимом" и о "здравом смысле"» Как и зачем продолжает работать локальное интернет-издание, заблокированное в самом начале войны

«Вот примерно так мы [теперь] живём»

Большинство материалов, которые вышли в журнале после начала войны, об одном. Мы пишем о военных, погибших и попавших в плен. Разговариваем с родственниками контрактников. Есть много материалов о том, как наказывают людей, которые выступают против войны

Наш сайт Роскомнадзор заблокировал по требованию Генеральной прокуратуры 16 апреля. Но просмотры и донаты после этого не упали, а выросли. Многие люди в России поставили VPN. Кроме того, нас читают из-за границы. Информация о том, что происходит в России, востребована. Здесь осталось мало независимых медиа.

Почти четыре месяца мы живём каждый день, как последний. Какое-то время боялись репрессий. Но невозможно бояться постоянно. Страх мешает жить. Мы решили, что, несмотря ни на какие риски (они известны), будем продолжать свою работу.

Благодарны, что это время у нас было, и мы о многих важных вещах успели написать и снять об этом ролики. Мы одни пишем из Бурятии про похороны военных и про их семьи.

Вот примерно так мы живём. 

Читайте также. «Мы не умеем и не хотим работать с ненавистью и любовью к Украине, Путину или марсианам» О городском медиа Зеленоград.ру, которое всё ещё держится за свою концепцию и всё ещё держится

«…переедем, но работать не перестанем»

Война заставила нас реагировать быстрее. Раньше у нас были, в основном, лонгриды. Писали мы их очень долго. После 24 февраля стали ставить несколько раз в неделю короткие материалы о важных событиях.

Рисунок Макса Сечина

Моменты, когда чувствуешь бессилие, были и есть сейчас. От этого спасают наши читатели, которые поддерживают, пишут письма на почту и комментарии в соцсетях, шлют донаты.

Если нас прессанут, возможно, мы переедем, но работать не перестанем. Людям нужна информация из Сибири, и мы должны рассказывать, как здесь живут люди.

Проект «Живые» — это откровенные монологи о том, как сейчас живут и работают региональные и локальные медиа. Все тексты серии выкладываются здесь.